ckychnovosti (ckychnovosti) wrote,
ckychnovosti
ckychnovosti

Categories:

театрализация жизни, как презентация симулякров

НОВЫЕ МИФОЛОГЕМЫ СОВРЕМЕННОГО СОЗНАНИЯ: СИМУЛЯКРЫ
(К ПРОБЛЕМЕ ДЕСТРУКЦИИ БИНАРИЗМА)




В статье рассматривается феномен симуляций и симулякров. Показывается (на конкретных примерах), что эти мифологемы сознания человека пронизывают самые разнообразные сферы его деятельности: искусство, науку, политику, экономику и др. Осмысливая симуляции и симулякры в аспекте бинаризма, автор выделяет основной прием создания симулякров: деформация и деструкция бинарных оппозиций.

Симулякр (от лат. simulo, «делать вид, притворяться») — «копия», не имеющая оригинала в реальности. Иными словами, семиотический знак, не имеющий означаемого объекта в реальности.

Жидопедия

=================
В преддверии ХХ в. Ф. Ницше заявил:«Не прячьте голову в песок вечных ценностей». Как представляется, эти слова очень точно соответствуют мировоззренческим и эстетическим установкам культуры и искусства ХХ в., а особенно – авангардизму и постмодернизму, ориентированных, если перефразировать Ф. Ницше, на создание «преходящих ложностей», т. е. мнимостей.

Не случайно многие выдающиеся мыслители и ученые оценивали состояние культуры ХХ в. (начиная уже с начала века) как кризис (О. Шпенглер, П. Сорокин), агонию и умирание искусства (В. Вейдле), апокалипсис художественной культуры (В. Бычков), в более мягких выражениях – метаморфозы и коллизии культуры. В психоаналитическом же осмыслении современная культура получает статус невротической и психотической
(В. Руднев).

Пытаясь осмыслить кризис культуры ХХ в., а значит, и кризис системы жизненных ценностей человека, неизбежным образом сталкиваешься с проблемой бинаризма. Во-первых, с фактом критики бинарной логики и отказом от «онтологии» бинаризма постмодернистской философией (а бинарность, напомним, является универсальным свойством сознания и мышления человека).

Во-вторых, в сфере культуры и искусства сталкиваешься с процессом деформации бинарных оппозиций, которые, как известно, являлись конструктивной основой антропоцентрической художественной культуры.

 И в-третьих, как следствие, с разрушением художественного образа и его смысла путем снятия ее генеральной антиномии «образ – прообраз (Первообраз)», что во многом обусловлено, и это важно подчеркнуть, отказом художников от главной эстетической идеи – принципа мимисеса (подражания).

И если ранее (уже в античной культуре) художественный образ в узнаваемой форме выражал материально-чувственную реальность (метафора – «зеркало»), а в религиозном искусстве, воплощая в символической форме духовную реальность, указывал на Первообраз (икона – «окно в мир Горний»),то, начиная с творчества авангардистов, а далее – и в практике постмодернизма, в искусстве начинают формироваться новые антимиметические смыслы. С их помощью создается так называемая «Новая художественная реальность» (Е. Б. Витель), своего рода «королевство кривых зеркал», претендующее на статус духовной реальности , правильнее сказать – парадуховной, поскольку она (Новая реальность) являет собой результат фантазмов сознания художника , а значит, тяготеет к феномену симулякров.

Ведь что такое симулякр?
 В современном значении слово «симулякр» (от лат. simulo – делать вид, притворяться)определяется в качестве точной копии, оригинал которой никогда не существовал (по Ф. Джеймисону); или как репрезентация чего-то, что на самом деле не существует (по Ж. Бодрийару); знак, который отрицает и оригинал, и копию (по Ж. Делёзу); а также как «муляж, эрзац действительности, чистая телестность, правдоподобное подобие, пустая форма» (Маньковская, 2000. С. 57).

Со смысловым значением слова «симулякр» сопряжен целый ряд других слов и понятий (а также приставки «псевдо-» и «квази-»):

подобие      фантазмы    фальшивое       притворяться        манекен           имидж
видимость    блеф            неистинное     прикидываться      муляж               личина
подделка     иллюзия       ложное            подлог                    грим                 маска
обман           мираж          мнимое            фикция                   камуфляж
химера


Главным же в этом разнообразии интерпретаций симулякра (а единого его определения не существует), а также в столь длинном ряду синонимичных ему слов видится то, что слово «симулякр», являясь ключевым понятием в философии постмодернизма, «зарегистрировало» собой новые мифологемы современного сознания, которые обрели «экологическую нишу» в самых разнообразных сферах человеческой деятельности.

В сфере искусства первыми провозвестниками симулякров можно назвать «Дыр булщил...» – «заумь» Алексея Крученых, «Поэму» Василиска Гнедова со словом «шиш» на чистом листе. Назовем также «Унитаз» («Фонтан») Дюшана, купленный им в магазине сантехники по дороге на выставку и выставленный там в качестве произведения искусства (с личным автографом художника). Укажем и на «Черный квадрат» А. Малевича, и на пьесу Дж.Кейджа «4.33», в которой присутствует полное отсутствие музыки.

Названные произведения, как и многие другие, им подобные, родившиеся в первой половине ХХ в. в результате авангардистских экспериментов в искусстве и над искусством, – своего рода «дырки от бубликов» в плане смыслового содержания, засвидетельствовали собой разрушение смыслообразующих оснований классической(антропоцентрической) культуры, сопряженное и со сменой формообразующих ее принципов. Подобные радикальные эксперименты, заметим – в высшей степени характерные для раннего авангардизма, осуществялись их авторами во имя создания нового, принципиально иного искусства.

Однако более интересным здесь представляется то, что подобные сочинения, а в особенности два последних («Черный квадрат» и «4. 33»), провоцируют многих исследователей (и самих авторов тоже) наделять их (видимо, по принципу «природа пустоты не терпит» или же в силу инерции художественного восприятия, ориентированного на извлечение смыслов изнутри самого произведения) глубинными, философскими и символическими смыслами, причем вполне «классического» характера.

Что делает эти артефакты наиболее полиинтерпретативными произведениями ХХ в.?
 Кстати сказать, как создаются симулякры, просто и понятно объяснил детям Г. Х. Андерсен в «Сказке о голом короле».

Общее, что объединяет названные сочинения – это замена художественных образов, выражающих живой мир природы и человека (образов «классического» типа), на новый тип образности, систему условных знаков и символов; разрушение антиномичности художественного смысла – закона искусства(по выражению В. Н. Холоповой) и бинарной структуры художественного образа; а вместе с ними – и упразднение катарсиса, «аффективного противоречия» как закона эстетической реакции, обоснованного в работах по психологии Л. С. Выготским.

Заметим, отсутствие такового (катарсиса), как правило, компенсируется эффектами провокации и эпатажа (на уровне смысла, формы, а также способов преподнесения идеи), скорее помутняющих сознание, нежели его просветляющих (хотя нельзя исключать и обратное).

Рассмотрим в бинарном ключе пьесу «4.33» Дж. Кейджа. В этом музыкальном сочинении, казалось бы, есть все: название, партитура (правда, это чистые листы с надписью taked – «молчит»), предусмотрены и различные варианты состава инструментов для ее исполнения. Однако, помимо внешней атрибутики («рамки»), в «4.33» нет главного – музыки, ее интонационного эйдоса и внутреннего художественного смысла. Волею композитора он замещается философским концептом в духе дзен-буддизма:
«Все, что нас окружает – музыка» (созвучного другому афоризму и авторскому кредо Дж. Кейджа: «Музыку сфер можно услышать и в шипении жарящейся яичницы»). Не случайно Дж. Кейдж считается пред-
вестником концептуального искусства.

Таким образом, в пьесе «4.33» Дж. Кейджа можно наблюдать деформацию оппозиции «текст и контекст», «внешнее и внутреннее значение», в результате которой на первый план выходит внешнее, контекстуальное значение. Если рассматривать произведение в широком культурно-историческом контексте, то это значение можно обозначить как протест против всех музыкальных традиций и репрезентацию идеологии новой американской экспериментальной музыки.

Акцентируем внимание, что сама репрезентация осуществляется в форме акции, перфоманса, придавая пьесе «4.33» знаковый характер и делая ее «знаком» (что, кстати, согласуется с различными искусствоведческими интерпретациями внутреннего смысла пьесы), а в потенции – симулякром, т. е. «означаемым» без «означаемого».

Обратим внимание на то, что, вопреки заложенному автором в это произведение «глубокомысленному» философскому концепту, практика концертного исполнения пьесы (например, в телевизионной трансляции концерта воспринимается и публикой, и исполнителями как шоу, забава, театрализованное представление.

А театрализация жизни, как известно, является характерной чертой постмодернистской культуры, ее симптомом, и, что важно отметить, имеет симуляционную природу. Сегодня театрализации подвержены не только ТВ-передачи по типу «Час суда», «Дом-2» (из прошлых передач – «Окна» с Д. Нагиевым), но и все  события политической, общественной и даже религиозной жизни. В этом нетрудно убедиться, просмотрев любые новостные передачи.

В современной культуре феномен симулякров и симуляции, пронизывая все сферы (формы) общественного сознания, включает в себя широчайший класс объектов и явлений: слова, образы, вещи, события и пр. Назовем простейшие примеры симулякров.

Это функционально-бытовые: чучело, муляж, камуфляж, манекен, маска, наживка на крючок для рыбаков, имитирующая рыбку, подсадная утка для охотников и пр.

В сфере военного искусства в симуляционных целях используются надувные танки и надувные ракетные установки для отвлечения противника на ложные цели.

В сфере экономики симулякрами выступают финансовые пирамиды, фальшивые деньги, финансовые пузыри (надувающиеся и сдувающиеся).

По принципу эстетической симуляции (мода, стиль) развивается индустрия красоты, предлагающая широчайший спектр услуг: инъекции ботокса, силиконовые имплантанты,накладные резницы и ногти, наращивание волос (своих, чужих) и т. п. Не отстает от нее и промышленность, использующая ароматизаторы, идентичные натуральным, имитаторы вкуса, «освежители» протухшего мяса, а также выпускающая кофе без кофеина, пиво без алкоголя, синтетическую красную икру, говядину из соевого «мяса» и прочие «как бы» натуральные продукты, создаваемые с помощью достижений химической науки.

Любопытно заметить, что некоторые из названных симулякров в буквальном смысле создаются методом надувания и с целью банального надувательства, порождая при этом различные психологические эффекты (самовнушения, самообмана, стереотипизации поведения и переживаний и пр.).

Существуют слова и термины-симулякры, по образному выражению С. Н. Булгакова, «слова-манекены». Так, с позиции психолингвистики слово «бомж» своим «неодушевленным» характером и формально аббревиатурным звучанием нейтрализует одушевленное значение исконных русских слов «бродяга», «бездомный», взывающих к состраданию и милосердию.

С помощью языковой игры и эвфемизмов  создаются и «словесные оборотни», когда производится замена отрицательной семантики слов (фраз) на нейтральную и даже положительную с целью маскировки истинного смысла явления. В качестве примеров назовем такие известные политические «фразеологизмы»:
военные действия во Вьетнаме – «Программа умиротворения», концлагерь – «стратегическое селение», убийство человека – «физическое устранение», бомбардировки Югославии (1999 г.) – «гуманитарная интервенция», ответные действия РФ в Грузии «операция по принуждению к миру».
В приведенных примерах  явственно наблюдается деструкция бинарной оппозиции «война – мир» путем взаимозаменяемости ее членов, что приводит к «снятию», упразднению этой оппозиции.

Бывает  и обратное, например, когда театрализованные события (система симулякров) в "Новоросии" преподносятся, как война, противостояние и стороны конфликта.



Благоприятной средой обитания для массовых форм симулякров является сфера массовой культуры. Укажем лишь на один из массовых симулякров – «американскую улыбку». На примере этой маски – одной из формы массовой культуры и формы массового симулякра, удобно показать деформацию дихотомии «форма и содержание» путем слияния и аннигиляции ее компонентов с последующей имплозией смысла: форма есть – содержание отсутствует. К счастью, русский человек улыбается (по крайней ме-
ре, пока), как верно заметил режиссер В. Соловьев, только если ему хорошо и радостно на душе.

Море симулякров создается в сфере рекламной индустрии, которая, как известно, «конструирует образ “мифологизированной новинки”, за которой не стоит никакая реальность, кроме как желание фирмы “сбыть” массам свой товар».

Остановим внимание на одном из самых известных в России видеороликов из серии «Имидж – ничто!», рекламирующем напиток «Спрайт». В этом бесспорно талантливом видеоклипе, созданном режиссером Т. Бекмамбетовым, примечателен следующий текст: «На самом деле, она не настоящая блондинка, у нее не голубые глаза – это линзы. У нее не настоящая грудь – это силикон. А он вообще не интересуется девушками – у него есть друг. И одежда у них неудобная... Настоящая правда здесь только в том, что им очень хочется пить. Ну очень.
И еще то, что это реклама “Спрайта”. Имидж – ничто, жажда – все! Не дай себе засохнуть!»

Текст этой рекламы, как и ее видеоряд, в аспекте восприятия можно было бы определить как «саморазоблачение» симулякров (и это, отчасти, верно), если бы под сорванной маской (слоган «имидж – ничто») не обнаруживалась еще одна маска-симулякр(целевой информационный вирус наряду с установкой на гомосексуализм)– «жажда – всё».

Следует сказать, что современную рекламу, а также многочисленные арт-практики и арт-композиции можно рассматривать и как формы презентации симулякров. Среди других форм презентации назовем такие явления современной культуры, как гламур, брэнд, топ-модели, поп-звезды, фонограммы в исполнительской практике поп-звезд (хорошо, что еще не в академической музыке).

Кстати сказать, в повсеместно распространенной практике использования фонограм мы во время концертов озадачивает тот факт, что она (эта практика) воспринимается современным человеком не как обман и подделка (трюк и подлог), а в положительном аксиологическом значении: как результат технического совершенства, а значит – и художественного качества.

Фабриками по производству симулякров выступают также искусство постмодернизма с его арт-практиками от арт-мейкеров (по-устаревшему – «художники»), политтехнологии и средства массовой информации. Работая в тесном содружестве и привлекая достижения технических и гуманитарных наук, эти сферы продуцируют симулякры уже в промышленном масштабе, причем, главным образом, с целью манипулирования массовым сознанием. Так, с их помощью в сознание людей умело внедряются идеологические псевдоценности, пересекающиеся в своей кривизне смысла с принципом цветовой дифференциации штанов из фильма «Кин-дза-дза» режиссера Г. Данелия , а также создаются псевдохаризмы и лозунги-симулякры.

Среди многих исторических фактов и примеров укажем на образ «миролюбивого фюрера» и его обращение к немецкому народу, зафиксированные в документальном фильме Л. Рифеншталь «Триумф воли». Приведем такую цитату из речи вождя немецкого народа: «Мы хотим, чтобы наш народ стал дисциплинированным. И мы должны соответствовать этому требованию.
Мы хотим, чтобы наш народ стал миролюбивым и одновременно – отважным. И мы должны воспитывать в себе миролюбие»
(курсив наш. – Е. Г.). Как показала история, эти лозунги-призывы на деле оказались фикцией.

Из других подобного рода примеров вспоминаются лозунги французской революции «Свобода! Равенство! Братство!», оказавшиеся обманом, лозунги большевистской революции 1917 г. «Хлеб – народу!», «Земля –крестьянам!» "Фабрики рабочим".


( на самом деле "Хлеб", "Земля" и "Фабрики" - в результате осуществления большевиками социалистического проекта оказались изьятыми у успешных господ в общенародную собственность под управление государства, что привело к осуществлению главного лозунга большевистской революции "Искоренение  паразитов-собственников в Царстве Труда ".  Поэтому фикция здесь - как раз  попытка автора представить большевиков такими же частно-эгоистическими лохотронщиками масс , как буржуазные элиты Франции и Германии.  прим од 9 мая).  

Созданием симулякров занимается  социальная инженерия, психология, психотерапия, имидж-технологии. В этом творческом процессе прием деформации бинарных оппозиций, например, таких как «образ –имидж» (по-русски, «личина»), «быть – казаться», оказывается весьма востребован.

Так, по методу замещения образа модифицируется не только внешний облик человека, но и выстесняется (по «методу французских духов») экзистенциальный вакуум, в котором оказывается человек, пребывающий, по выражению Хайдеггера, в ситуации «нетости Бога» .

Не случайно для современного человека оказываются притягательными многочисленные методики, психотренинги, курсы НЛП и пр., обещающие научить его «как стать сверхчеловеком», открыть в себе божественное, властвовать над людьми и даже манипулировать собой. В программных установках некоторых курсов между строк, а то и явно и неприкрыто, звучит завораживающее сознание приглашение (цитируем Р. Бендлера): «Там целый мир, с которым можно играть, и он ждет вас» (из одной рекламы).

Совершенно очевидно, что спрос на подобного рода предложения свидетельствует о серьезных изменениях в ценностных и мировоззренческих ориентациях человека. Хотя вполне понятно, что использование психотехник и методик в определенных сферах и с определенными целями является целесообразным и оправданным. Например, в системе военной подготовки бойцов (в частности, у А. А. Кадочникова), в сфере спорта, медицины, педагогики.

(Использование психо-методик в широком смысле  является целесообразным и оправданным во всех сферах жизни. Весь вопрос- в каких целях они используются  и в идейно-ценностной принадлежности тех кто их применяет. Т.е. главное - это ответ на вопрос "для чего" применяется - для реализации частно-эгоистических интересов в русле человек-человеку вампир (рыночная капиталистическая парадигма) или для осуществления интересов общественного развития в русле человек-человеку брат/сын/товарищ (обществено-семейная коммунистическая парадигма) прим. од 9 мая).

Осмысливая мифоконструирование иллюзорной реальности (симуляции) и охотное в ней пребывание (равно как и потребление симулякров) в духовно-экзистенциальном измерении, эти явления можно интерпретировать как своего рода «бегство от реальности» (неприемлемой, неблагоприятной, дискомфортной, травмирующей и т. п.), реальности, неотъемлемыми спутниками которой являются экзистенциальные тревога и страх (Леонтьев, 2003) .

Высвечивая феномен «бегства от реальности» под углом зрения психологии, его можно определить как одну из форм эскапизма (думается, сюда можно причислить и «бегство от свободы», описанное Э. Фроммом), выступающего своеобразным механизмом психологической защиты человека, одним из способов вытеснения экзистенциальной тревоги (с целью гармонизировать свое бытие в мире). В связи со сказанным небезынтересным будет заметить, что Д. А. Леонтьев в качестве инструмента вытеснения экзистенциальной тревоги рассматривает массовую и поп-культуры (2003). А ведь именно эти сферы, как было показано выше, являются благоприятной средой для обитания симулякров.

(Только почему то Леонтьев не говорит, кто ИМЕННО погружает сознание плебса в "экзистенциальные тревоги", тут же подсаживая поциентов обще-капиталистической психиатрической клиники на  когнитивно подавляющие "колеса" масс-поп-культа. Т.е. не говорит, что все это составляющие единой  технологии. прим ОД 9 мая)

Однако следует иметь в виду, что «бегство от реальности» в иллюзорный мир, населенный квазисмыслами и квазиценностями (и даже квазипереживаниями, например в виртуальной реальности), может оказаться чреватым утратой человеком не только чувства реальности, но и самой реальности (как при неврозе и психозе ), а также деонтологизацией его личности и, как следствие этого, усугублением экзистенциальной тревоги,выражающейся в ощущении внутренней пустоты, покинутости, богооставленности (в христианском объяснении). Такие духовные состояния оказались столь характерными для культуры ХХ в. и столь значимыми в жизни человека, что были не только диагностированы искусством (уже в начале ХХ в.) – этим чутким «барометром» духовной жизни (например, в актуализации темы небытия: смерти, одиночества, бессмысленности, абсурдности и т. д.), но и отрефлексированы философией, породив к концу ХХ в. такие ее разделы, как «нигитология» (учение о небытии) и «нигитология культуры».

(Почему бы здесь не сказать, что описываемое явление характерно лишь для западного плебса переводимого капиталом в режим ментального рабства, а советских людей и многих, не доросших до общества потребления  аборигенов третьего мира - это не коснулось. Вернее коснулось, позже при конвергенции элит и потреблядском переходе 70-80 х.   прим од 9 мая)

Рассматривая феномен симулякров в ракурсе бинаризма, обратим внимание на то, что некоторые из приведенных в статье примеров симулякров порождаются вследствии деформации бинарных оппозиций, но при этом оказываются, так сказать, случайным результатом этого процесса (пьеса «4.33» Дж. Кейджа, симуляция улыбки на американский манер). Однако симулякры могут создаваться и вполне осознанным образом. В этом случае деструкция бинарных оппозиций автономизируется как цель и как эффективный прием создания симулякров (симуляция миролюбия в политических «фразеологизмах», имидж-симуляции )

Приведем перечень ценностно-смысловых оппозиций, актуальных для сегодняшнего дня и подвергающихся процессу деформации и деструкции с помощью использования различных методов (форсирования одного из полюсов оппозиции, их разрыва, слияния, замещения, вытеснения, взаимозаменяемости): земное – возвышенное, преходящее (сиюминутное) – вечное, профанное –сакральное, относительное – абсолютное, вседозволенность – свобода, чувственное –духовное, гедонизм – аскетизм, виртуальное – реальное, имидж – образ, казаться –быть, массовое – индивидуальное, часть – целое, и др.

Возникает вопрос для размышления: не прорисовывается ли в русле наблюдаемых процессов деструкции бинарных оппозиций тенденция к формированию «одномерного» и лишенного противоречия мышления?

И еще один вопрос, связанный с предыдущим: не является ли симптоматичным появление одного исследования (оно было опубликовано совсем недавно), в котором образ Спасителя получает интерпретацию величайшего лидера-стратега, а апостолы Павел, Иоаков и Иоанн называются топ-менеджерами. И, что логически следует из такой интерпретации, «поведенческие схемы» Иисуса Христа признаются чрезвычайно полезными и актуальными для любого современного лидера. Можно предположить, что столь оригинальные (спекулятивно-прикладного характера) толкования смысла евангельского повествования порождены либо «снятием» дихотомичности современного мышления , либо в результате игнорирования или непонимания антиномий христианской религии.

(При современном развитии гуманитарных технологий деятельность Иисуса и апостолов, нанесших первый всемирно-исторический удар по иудейско-расистской матрице (парадигме) , вполне может рассматриваться в современных понятиях маркетинга и технологий настройки сознания. Топ-менеджеры или жрецы иудео-расистской Идеи (сегодня - жрецы капитализма) загоняли сознание населения в выгодную для себя матрицу. Менеджеры христианского маркетинга - формировали свое христианское (сегодня коммунистическое) мировоззрение ( например Иоан Златоуст). Между этими идеологиями-парадигмами и их адептами  идет более чем двутысячелетняя война. Сегодня чаша весов склонилась на сторону рыночных каннибаллов, кодирующих людей в свою поганую веру "естественности взаимного поедания". Вот в принципи и  все понимание "антиномий"  христианской религии - старой предтече коммунизма, который постулируюет уже более ЧЕТКОЕ разделение важнейших ценностно-смысловых явлений и понятий, актуальных для  сегодняшнего дня  :
    - барыга- общинник, капиталист-коммунист, богач-бедняк, ростовщик народа - отец народа, индивидуалист-коллективист, космополит-интернационалист, рынок-семья, рыночная зона - социалистическое отечество, просветитель -мозгоеб, частная собственность - общенародная собственность, хрематистика -народное хозяйство, расизм-братство, конкуренция-сотрудничество   и т д . прим. ОД 9 МАЯ)  


К сказанному хотелось бы добавить, что герменевтическая проблематика, связанная с вопросами понимания и интерпретации смысла текстов, в том числе художественных, является сверхактуальной в современной культуре, в которой, как в безвоздушном пространстве, плывут разорванные антиномии и в которой, благодаря исповеданию принципов релятивизма и плюрализма, зачастую отрицаются понятия «верха» и «низа», «добра» и «зла».

(Герменевтическая проблематика - есть проблематика надуманная, за которой обычно скрывается нежелание ученого-обывателя поставить все точки над "I" и дать целостную (системную) картину действительности (кто именно и в каких целях "разрывает антиномии"), ограничившись в лучшем случае полит-корректным описательством частных явления или технологий.  Любая попытка целостного системного описания явлений человеческой жизни, в конечном итоге, упирается в нравственный ВЫБОР- выбор угла зрения - системы ценности, системы идеалов, идеологии (религии),  которая утверждается в практике жизни людей, а значит- упирается в итоге в  "ИЗМ партийности".

Без этого выбора -  без публичного разграничения "добра и зла" и "что есть Бог и Правда" (без всяких соскальзываний на богов в вакууме)  претензия на  самое супер-беспристрастное, супер-рационалистическое, самое исчерпывающее описание явлений духовной, умственной, нравственной, культурной и общественной жизни человека  превращается в фикцию ( типа беспристрастное медицинское исследование опытов д. Менгеле с упоминанием Канта и Нитше) , за которой обычно скрывается банальное пособничество сильным мира сего или извечный призыв интеллектуалов - "Купите меня!".   (Вот и возникает вопрос - случайно ли сюда вставлен пример с большевистской агитацией ?) . прим. од 9 МАЯ )
   

Обобщая все вышеизложенное, можно сказать, что симулякры и симуляции, порождаемые (поведенческой индустрией ТНК , прим ОД 9 мая) игрой современного сознания и являясь его новыми мифологемами, пронизывают собой все планы бытия человека (духовный, душевный, телесный) и образуют «новый мир эйдосов» (А. Великанов), мир симулякров (мнимый и виртуальный), претендующий на онтологический статус.

Мир, который, в интерпретации О. Николаевой, «и есть, по сути, геенна огненная (Мф. 18, 9) – место, где нет Бога, где реальность и смысл, явление и сущность, означающее и означаемое разошлись навеки».

Неотъемлемым же признаком симулякров, подчеркнем это еще раз, является наблюдаемая при их создании деструкция бинарных оппозиций, выработанных антропоцентрической культурой. Это и было показано на конкретных примерах.

В заключение попробуем извлечь из всего сказанного позитивный смысл. Во-первых, сам факт осознания широчайшего распространения симулякров в нашей жизни(а по Бодрийяру, современность вступила в эру тотальной симуляции всего и во всем) и,во-вторых, понимание того, что симулякры являют собой мнимые сущности, фантасмы нашего сознания, и они не онтологичны, предоставляет человеку возможность выйти из мира симулякров (ловушек сознания) и, вспомнив о своем Первообразе, вернуться в мир Реальности и Истины.

(без осознания борьбы  идейных  Систем и ИЗМОВ - это надежда иллюзорная. прим од 9 мая)

Автор Е.С. Гусева

источник -
http://9e-maya.com/index.php?topic=14531.msg1037083#msg1037083
Tags: антикультура, бренды, видимость, виртуальная реальность, власть как театр, война смыслов, вырезание смыслов, глобальный капитализм, действительность, духовный мир, закабаление, иллюзии, имидж, иммитация, индустрия образов, информационные войны, искусство, контроль сознания, манипулирование, массовое сознание, методы управления, наваждение, оккупационный маркетинг, отражение реальности, политический маркетинг, понимание, психопрограммирование, рабство сознания, символы, театрализация, технологии психопрограммирования, управление сознанием, фабрика дебилов
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 6 comments