ckychnovosti (ckychnovosti) wrote,
ckychnovosti
ckychnovosti

Category:

Ликвидация Самосо

Последняя громкая операция бойцов Революционной Партии Трудящихся PRT-ERP


Боевики Революционной Партии Трудящихся (PRT)  в Никарагуа.

Ровно через месяц после бегства из Никарагуа, из Гватемалы в парагавйскую столицу Асунсьон Самосо вылетел чартером Паравайских Авиалиний. Транспортные услуги стоили 100 тысяч долларов и у контракте о них указывалось, что перелет должен быть беспосадочным.

В Асунсьоне Сомоса прибрел виллу, являвшуюся раньше посольством ЮАР, где поселился с любовницей, двумя племянниками и многочисленной прислугой. После этого он купил несколько поместий в Парагвае, общей площадью более 25 тыс. гектаров, виллу с окрестносьями в Бразилии за 20 миллионов долларов, несколько угольных шахт в Колумбии и модный парагвайский журнал.


О том, как возникла идея о казни Сомосы, есть несколько версий. Скорее всего, впервые этот разговор состоялся в Манагуа, в аргентинском ресторане Лос-Гаучос, где через несколько месяцев после победы революции, в последние дни 1979 года, как раз между католическим Рождеством и Новым годом собрались аргентинские бойцы-интернационалисты Уго Урурсун («капитан Сантьяго»), Энрике Горриаран («команданте Рамон») и еще несколько их соотечественников и соотечественниц. Все они участвовали, как добровольцы в войне за освобождение Никарагуа в составе Интернациональной колонны «Бенхамин Селедон» Южного фронта Сандинистского фронта Национального Освобождения.

В этот первый год революции президентом США был еще Джимми Картер, и Штаты еще не начали необъявленную войну против Никарагуа (когда президентом станет Рональд Рейган, военная подготовка и финансирование «демократической оппозиции», вместе с минированием никарагуанских портов и спецоперациями ЦРУ по дестабилизации сандинистского правительства станет официальной частью внешней политики США). Только что свергнутый и проклятый абсолютным большинством никарагуанцев Сомоса планировал возвращение к власти и начал финансирование вооруженных банд, именовавших себя «контрас», которые действовали с территории Гондураса.

Первыми инструкторами никарагуанских «контрас» были тоже оплачивавшиеся Сомосой аргентинские офицеры и происходило это в годы правления в Аргентине военной диктатуры. Можно еще вспомнить об одном из примеров двойного стандарта внешней политики СССР в отношениях с аргентинской военной хунтой. Когда целые семьи левых оппозиционеров «пропадали без вести» замешанные в бетономешалках или сбрасываемые в Атлантику с транспортных самолетов аргентинских ВВС (все "исчезнувшие" были подвергнуты жестоким пыткам по методикам ЦРУ), Советский Союз закупал в Аргентине пшеницу и мясо и политкорректно не вмешивался в ее «внутренние дела»… в отличие от официальной кампании солидарности с жертвами соседней диктатуры - чилийской. Из всего «социалистического лагеря» только Куба в те годы говорила вслух о преступлениях аргентинских военных.


Фотография сделана в СЕНТЯБРЕ 1972 года, В ЛАГЕРЕ ПЭТ 1 ( НЕРЕГУЛЯРНЫХ ВОЙСК) , GUANABO  ГАВАНА - КУБА
Организаторы Аргентинской национально-освободительной социалистической революции в кубинском тренировочном лагере.
СЛЕВА НАПРАВО:
ЭНРИКЕ ГАРОЛЬД GORRIARAN МЕРЛО (ERP). ДОМИНГО МЕННА (ERP).КАРЛОС ГОЛЬДЕНБЕРГ (FAR ЗАТЕМ MONTONEROS),
ВИКТОР FENANEDEZ PALMEIRO (ERP ), МАРИО РОБЕРТО SANTUCHO (ERP). МАРК OSATINSKY (FAR, ЗАТЕМ MONTONEROS)
АННА WEISEN (FAR, ЗАТЕМ MONTONEROS), АЛЕКСАНДР ГЕЙНЦ (ERP), ФЕРРЕЙРА БЕЛТРАН (ERP), РОБЕРТО ТИХО (FAR, ЗАТЕМ MONTONEROS) БАКА НАРВАХА (MONTONEROS)


 Существуют свидетельства о том, что первый транш «на борьбу с коммунизмом в Никарагуа» составил два миллиона долларов. Поэтому операция по ликвидации Сомосы, осевшего в соседнем с Аргентиной Парагвае, для аргентинских интернационалистов из геваристской «Революционной Армии Народа», была делом чести. С этим предложением они обратились к никарагуанскому руководству и после его принятия и обсуждения, аргентинцами при поддержке экспертов из только что созданной сандинистской службы безопасности был разработан план по уничтожению диктатора, вошедший в историю, как Операция «Рептилия».

Руководителями операции стали Сантьяго (настоящее имя Уго Урурсун) и Рамон (Энрике Горриаран), они же назвали три основных и почти невыполнимых ее условия: «проникнуть в Парагвай не вызывая подозрений», «выполнить миссию избежав задержания» и «покинуть страну не оставив следов». Рамон определил число участников и лично отобрал их: семь человек, кроме него и Сантьяго это были: Хулия, Сусана, Армандо, Ана и Освальдо. Хулия была беременна от Рамона. Рассказывают, что в группе был один никарагуанец и именно ему было дано право выстрелить по Сомосе из гранатомета. Но изо всех известных достоверных интервью участников следует, что из гранатомета стрелял Сантьяго, все они были аргентинцами, а рассказы о никарагуанце скорее всего не более, чем красивая легенда.

Из Никарагуа в начале 1980-го, бойцы направились в Колумбию, где в течение двух или трех месяцев в одном из партизанских лагерей прошли курс конспиративной и военной подготовки. После этого, приблизительно за полгода до операции они под чужими документами перебрались в Парагвай.

Из отрывочных публикаций прессы им было известно, на какой из улиц проживает Сомоса, на каких машинах ездит и какая охрана его обычно сопровождает. Но когда они прибыли в Парагвай выяснилось, что экс-диктатор неожиданно сменил место жительства. Новый поиск занял три дня. Основным методом этого поиска были поездки на такси красивой белокурой аргентинки, которая «искала модную парикмахерскую в половине квартала от дома, где проживает некий Анастасио Сомоса откуда-то из Центральной Америки». Помогла полиция. Один из заблудившихся в поисках таксистов догадался подъехать к полицейской заставе и спросить об этом, и ему с удовольствием начертили схему. Это произошло в начале июля 1980 г. В целях конспирации Сомоса именовался подпольщиками «Эдуардо», довольно быстро удалось выяснить номера четырех машин в его пользовании и стало ясно что главной трудностью проекта будет крайняя нерегулярность его планов и маршрутов.

Окрестности виллы, где проживал он, считались самым эксклюзивным и безопасным районом Асунсьона. Средняя стоимость аренды дома здесь в начале 80-х составляла 1500 долларов в месяц и весь район был буквально нашпигован полицией и агентами службы безопасности. Единственными возможностями для наблюдения за передвижением экс-диктатора могли быть соседний супермаркет, два сервис центра и 45-минутные пешие прогулки вдоль десяти кварталов. Поэтому было принято решение о покупке газетного киоска в 250 метрах от дома Сомосы. Так Освальдо стал «торговцем прессой» и продавал полиции и охранникам Сомосы порнографические журналы, устанавливая с ними «доверительные отношения». Именно отсюда, из киоска, он даст 17 сентября по рации сигнал о выезде объекта из дома и начале операции.

Пока первая группа организовывала наблюдение за Сомосой, другая занялась приобретением на черном рынке оружия, его перевозкой и складированием в двух явочных домах на границе с Аргентиной.

Рассматривались разные планы операции: организовать покушение на Сомосу в одном из эксклюзивных ресторанов Асунсьона, куда он время от времени ездил с охраной; арендовать грузовик для перевозки овощей и спрятаться там с оружием, дожидаясь приближения машин с Сомосой и другие. Но из-за полной непредсказуемости его планов ото всех этих идей со временем пришлось отказаться. Тем не менее, чаще всего он выезжал по улице Америки и после светофора сворачивал оттуда по авеню Франсиско Франко, позже переименованную в авениду Испании. Поэтому именно на этом перекрестке был снят на три месяца двухэтажный особняк, c просторного балкона которого открывался вид на перекресток, а вход на первый этаж скрывался густыми кустами. Оплатившие его аренду иностранцы представились продюсерами испанского певца Хулио Иглесиаса, «готовящего гастроли-сюрприз в Парагвай, т.к. включил в свой последний диск три парагвайские народные песни». Квартиросъемщики просили хозяев квартиры не разглашать эту новость, поскольку «Иглесиас планирует прибыть в страну заранее и немного отдохнуть от поклонников и прессы». Всего в 400 метрах от этого места находился Генеральный штаб парагвайской армии, а в 300 – посольство США и действовать следовало предельно осторожно.

После 20 августа Сомоса вдруг исчез. По крайней мере Освальдо, практически не покидавших своего газетного киоска не видел ни охранников диктатора, ни его лимузинов. Появился он так же внезапно как и исчез только через три недели, 10 сентября.

К этому моменту были отработаны последние детали. Был куплен пикап «Шевроле», который обычно не заводился сразу, но зато обладал широким полем для ведения огня из кузова. Утром 15 сентября все оружие уже было в «доме Хулио Иглесиаса»: автоматическая винтовка ФАЛ для Армандо, М-16 с 30 пулями в магазине и 9-миллиметровый пистолет «Браунинг» и советский гранатомет ПРГ-2 для Рамона. Согласно новому и окончательному плану, когда Освальдо увидит из киоска кортеж Сомосы, он по рации даст сигнал, которым будет цвет лимузина диктатора. После этого партизаны, скрывающиеся в «доме Иглесиаса» должны в течение 13 секунд покинуть укрытие и занять боевые позиции. Существует распространенная версия о том, что в лимузин Сомосы выстрелили из гранатомета с балкона второго этажа «дома Иглесиаса», то же самое же мне говорили соседи этого дома в Асунсьоне. Это тоже миф. Покушавшиеся действовали наверняка и стреляли не балкона, а из кузова пикапа.

«Время 0» наступило в 10:35 утра 17 сентября, когда Освальдо зарывшись в непристойные журналы – самый ходовой товар своего киоска - передал по рации: - Бланко! Бланко! – и вышла игра слов, по которой в испанском языке понятия «белый» и «цель» выражаются одним и тем же словом. Следуя плану, Рамон со своим М-16 залег в саду «дома Иглесиаса», Армандо поставил свой пикап на краю тротуара, чтобы в любой момент перерезать путь сомосовскому кортежу, а в кузове пикапа, прикрытый сверху брезентом лежал гранатометчик Сантьяго, в ожидании сигнала своих товарищей. В этот момент пути назад уже не было. Лимузин диктатора находился в сотне метров от них, за шестью машинами, ждущими зеленого света светофора. Свет поменялся, машины тронулись, Армандо рассчитал несколько секунд, чтобы пропустить первые три и надавил на газ…



События последовавшие за покушением представлены в достаточно обильной фото- и видеохронике того времени. Охранники, удерживающие безутешную любовницу диктатора Динору Сампсон, которая услышала взрыв из дому и пыталась пробиться к оцепленному полицией обугленному лимузину. Торжественные похороны Сомосы в Майями в окружении всех поколений профессиональных кубинских и никарагуанских антикоммунистов. Разрешение на эти похороны в США были личным достижением законной жены диктатора Хоуп Портокарреро, гражданки этой страны, в последний раз выполнившей представительскую миссию – на этот раз – безутешной вдовы.

Хроника не отразила множества перипетий аргентинских подпольщиков, в тот же день импровизируя и путая следы бежавших из Парагвая. Выжили все, кроме Уго Урурсуна, «капитана Сантьяго».

Уже приблизительно через 15 минут после покушения, тело Сомосы было опознано властями. Еще через несколько часов по личному распоряжению Альфредо Стресснера были закрыты все аэропорты и границы Парагвая, а за любую информацию об «иностранных экстремистах» была обещана невиданная в этой стране премия в 50 тысяч долларов.


далее
Tags: prt, Латинская Америка, интернационализм, коммунистическое сопротивление
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments